Пикантная тема, которую многие склонны считать исключительно перверсией, подана здесь с таким вкусом и тактом, что кульминация доверительных отношений матери и сына выглядит слиянием не тел, а именно двух родственных душ. В результате мы становимся свидетелями не патологичной, а очень лиричной сцены — одной из самых нежных в истории кино.
